УВИДИМСЯ СКОРО:

25 февраля 2011 г.

Псков, В.Новгород, Тверь

 Утром 17-го грузимся в микроавтобус, чтобы выезжать в Псков. Чуть не половину времени, ушедшего на дорогу, занял выезд из города). Оставшееся время окультуриваемся шедевральными памятниками советского киноискусства - Джентльменами удачи и Кавказской пленницей. По приезду остается время даже на обед, после которого Света отправляется на прямой радиоэфир, остальные – на чек. Ведущий так серьезно подготовился, почти каждым вопросом заставая врасплох и ставя в тупик, что организаторы даже вынесли ему благодарность – видимо за то, что ощущения Светы после интервью были как после отработанного концерта. В клубе – очень холодно, стаскиваем в гримерку все имеющиеся обогреватели. Осветители, тоже видимо с целью обогрева, пускают на сцену столько пара, что первая половина концерта проходит под девизом «бой в Крыму, все в дыму». Приходится подниматься к ним и просить убавить, иначе даже невозможно вести фотохронику. После концерта принимаем в гримерке делегацию во главе с известной интернет-писательницей, общение перетекает почти что в литературный вечер.

Спим, вопреки распространенному у нас обычаю уезжать в след. город сразу после концерта, в гостинице, за что расплачиваемся на следующий день риском опоздать на концерт. Празднование «Дня жестянщика», случившееся в Москве 17-го, докатилось и до периферийных трасс: в следовавший за нами из Новгорода автобус почти на подъезде к Пскову въезжает машина. С 3-часовой задержкой выезжаем на другом. Успокаиваемся тем, что без нас не начнут. Водитель, лихой джигит, почти не говорящий и не понимающий по-русски, выскакивает на перекрестках, чтобы узнавать дорогу, зато привозит нас на площадку с запасом времени для чека. Начинаем. В зале много питерцев – до северной столицы всего 180 км. Организаторы, наблюдая из-за кулис: «У вас каждый концерт – как первый и как последний, судя по эмоциям!». Это правда. Убедившись, что водитель на завтра знает дрогу, отправляемся на отдых.
Водитель оказывается не только русскоговорящим, но и гидом, и устраивает нам небольшую экскурсию с заходом р русскую историю средних веков. Оказывается, Великий Новгород- чуть ли не единственный город на Руси, куда не дошло татаро-монгольское иго. Солнце, бьющее в лобовое стекло, мешает разглядывать заливные луга и древние храмы. Постепенно все засыпают.
Прибываем в Тверь по расписанию. Ужасаемся состоянию зала, где нам предстоит выступать. Если кто помнит подпольные рок-клубы восьмидесятых, то это оно, только в бОльших масштабах: ремонт явно не делался с тех пор, стены и потолок в зале почернели, сцена выстелена подгнивающими ДСП, дорога в гримерку проходит через подвалы с протекающими трубами, а сама гримерка – точь-в-точь бойлерная. Звук и свет, привезенные из Череповца – на уровне тех же восьмидесятых, саунд-чек по причине целого набора неполадок затягивается, зрители стоят в холле как в автобусе в час пик. Наконец уходим со сцены и открываем двери. В быстро заполнившемся зале москвичей – еще больше, чем питерцев в Новгороде, некоторые ехали за нами прямо из Пскова. Рок-клубная обстановка сделала свое дело, в Твери жгли по полной без малого два часа и мы, и зрители.
После – небольшая телесъемка в бойлерной-гримерке и отправляемся на вокзал, не забыв собрать все цветы со сцены. Стоянка поезда – две минуты. Обычно мы загружаемся минут 10. Долго спорим, где остановится наш вагон. Не угадали метров на 300. Одиннадцать человек, несущихся на проводника с криками, чемоданами, цветами и инструментами, а главное – с большим желтым плюшевым цыпленком у впереди бегущего произвели на него такое впечатление, что о билетах он даже не спросил. До Ухты отдыхаем 2 дня дома.

http://surganova.su/blog

Комментариев нет:

Отправить комментарий